Дети войны

О том, как мамин колхоз ушёл в партизаны

Мне было четыре с небольшим года (я родилась 3 марта 1937 года), когда началась Великая Отечественная война. А в августе 1941 г. немцы уже оккупировали нашу деревню Доворец Солецкого района Новгородской области — колхоз, где моя мама Бутина Мария Александровна, была председателем колхоза «Трудовой путь». Я хорошо помню тех, кто не успел (или не смог, как моя мама) с малыми детьми и стариками уйти в советский тыл — тогда так называлось пешее перемещение односельчан в восточные — северные районы России. Оставшиеся в деревне объединились и берегли имущество нашего колхоза. Они вручную убирали урожаи зерновых, льна, картофеля, с полей своего «зажиточного» хозяйства… И потом, когда в августе 1941 г. нашу деревню (и другие территории Солецкого района) уже успели оккупировать немцы, уборка урожая на полях колхоза не прекращалась. Более того, моя мама, как председатель колхоза, просила помощи у коменданта, который жил в деревне (его звали Роберт и он хорошо знал русский язык и агрономию, потому что уже тогда в 1938-40 гг. была связь Германия — Россия, когда учились в наших ВУЗах их студенты, а у них — наши).

Роберт и фашисты работали на наших полях. Вместе с нашими колхозниками убирали озимую рожь, пригнав откуда-то лобогрейку, копали картофель, свеклу, теребили лен, отремонтировали и запустили молокозавод, мельницу (ветряк), открыли школу.

Однажды, помню, над полем, где мы копали картошку, появились самолеты (чьи, не знаю) и стали расстреливать убирающих урожай. Мама, подхватив меня, убегала от бомб и снарядов, падающих с самолетов, по картофельному полю. Но, не добежав семь борозд, была остановлена волной взрыва (земля, комья, осколки) и засыпана землей, а меня от нее отбросило за много метров. В деревне вскрикнули: «Маньку Бутину — председателя нашего, убило!». Но мы остались живы, хотя и контуженные. Я долго заикалась (сейчас я лектор — пропагандист с великолепной дикцией и богатым русским стилистическим языком), а маму откопали из земляной засыпи и она еще долгие годы (до 1980г.) жила, работала в колхозе и позже в МТС г. Солыды.

Так вот, этот немецкий комендант Роберт и впредь помогал маме (председателю колхоза) и в уборке урожая и в вывозке навоза на поля. Весь навоз возле ферм колхоза от конюшен, скотных дворов крупного рогатого скота, овце- и свиноферм, был вывезен нами—тружениками. Всех заставили впрячь лошадей и вывозить навоз из ферм. Даже моя старшая сестра Галя, в свои 15 лет, сидела на дровнях с навозом, вывозя его на поля. Навоз, вывезенный на поля, запахали и в следующем году получили великолепный урожай озимой ржи в 42 ц/га и озимой пшеницы — 45 и более центнеров с гектара.

Позже эта практика — унавоживать озимые посевы, долгие годы помогала нашему колхозу удерживать передовые места в соревнованиях послевоенных пятилеток (см. газеты «Правда», «Известия», «Новгородская правда» -1945… 1960 годы).

И даже, когда весь мамин колхоз ушел в лес к партизанам (см. книгу А.И. Ингинен «Партизанский край»), урожаи с полей колхоза «Трудовой путь» продолжали радовать.

Так я стала агрономом, закончив в 1962 году Ленинградский сельскохозяйственный институт, который расположен в г. Пушкин, а далее — аспирантуру ЛСХИ, и став кандидатом биологических наук, 43 год тружусь в Ленинградском (ранее Северо-Западном) научно-исследовательском институте сельского хозяйства «Белогорка» в качестве генетика-селекционера.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *