Они лежат на Пискаревке

Наша семья до Великой Отечественной войны проживала в г. Красногвардейск (Гатчина), ул. Солодухина, д. 41, кв. 4. Мой папа — Симаненок Павел Васильевич 1884года рождения, Витебская губерния Полоцкого уезда; мама — Симаненок (Хаурова) Антонина Феофановна, 14 марта 1887 года рождения, родилась в Ярославской губернии, город Углич. Я — Симаненок Владимир Павлович 22 апреля 1922 года рождения, г. Троцк (Гатчина). Папа работал бухгалтером, мама — лаборанткой.

25 июня 1941 года на третий день войны я подал заявление в военкомат добровольцем в Красную армию. Призвали меня в Красную армию 15 июля 1941 г. и направили на курсы радиотелеграфистов в 28-03БС в г. Казань. У папы с мамой работа закрылась. В первых числах сентября 1941 года бои шли на рубеже Красногвардейского укрепрайона, в деревнях Пустошка, Пижма, Большие Колпаны, Парицы. Город бомбили немецкие самолеты, особенно горело много деревянных двухэтажных домов в малой Гатчине и Загвоздке в районах ближайших к переднему краю. В это же время немецкие войска прорвались к Лигову. Родителям пришлось срочно бросать дом и уходить пешком в Ленинград.
Запасов денег или ценностей наша семья не имела. Что можно было взять и унести с собой? Электрички не ходили. Папа надел демисезонное пальто, а мама ушла в плюшевой жакетке. Что они могли взять из вещей, но когда они уходили, бои уже шли на окраинах города. В Ленинград они шли пешком, это было 5 или 6 сентября. В Ленинграде они остановились у моего дяди, младшего маминого брата Хаурова Александра Феофановича проживавшего по адресу ул. Дзержинского (Гороховая), №57 в трехкомнатной квартире на первом этаже. С ним проживали его супруга Людмила и дочь Нина 1921 года рождения. Дядя работал шофером в пожарной команде в Лигове. А в Лигове у них был деревянный дом, где жила бабушка Евгения Карловна и мамина старшая сестра Клавдия. Дядя забрал бабушку и всю мебель погрузил на грузовую машину и буквально успел перед носом немцев увезти в Ленинград. Тетя Клавдия почему-то не уехала с дядей и погибла.

Дядя помог моему папе получить в домоуправлении брошенную квартиру по адресу ул. Дзержинского, д. 49, кв. 50. Родители мои нигде не работали и поэтому при карточной системе на хлеб и продукты получали наименьшую норму как иждивенцы. Папе было 57 лет, а маме — 54 года. 18 июля 1941 года в Ленинграде постановлением Правительства была введена карточная система, по утвержденным нормам. Коммерческая продажа продуктов была прекращена. Все продукты отпускались только по карточкам. Нормы отпуска и карточки были на хлеб, сахар, крупу, жиры. Вначале было четыре категории населения: 1 — рабочие и ИТР, 2 — служащие, 3 — иждивенцы, 4 — дети до 12 лет. Затем стало две группы: 1 — рабочие и НТР, 2 — служащие и иждивенцы, в т.ч. и дети.

Папа умер 25 декабря 1941г. от истощения, а мама 5 февраля 1942г. пошла в магазин за хлебом, и молодой парень подошел к ней сзади, просунул руки под мышки и вытащил карточки на хлеб и продукты из внутреннего кармана ее плюшевой курточки. Карточки были на весь февраль. Ей дальше было совсем нечего есть. Она умерла 12 февраля 1942 г. от голода.

О том, что мои родители бежали из Гатчины в Ленинград, я узнал от тети Люси в начале 1942 года в Челябинске и о смерти моих родителей в декабре 1942 года, когда наша 51-ПАБр формировалась в Чебаркуме. 12 февраля 1943 г. мы прибыли в Ленинград, целую неделю наша военная часть находилась в Токсове, получала боеприпасы и имущество.

Мне пришлось на грузовой автомашине ездить на воинские склады в район станций Кушелевка и Пискаревка. Офицер заехал посмотреть захоронение погибших ленинградцев на Пискаревке. Жилых домов не было, братское захоронение представляло поле с буграми грунта и огромную яму глубиной 3-5 метров, в которой на дне стоял экскаватор и штабель еще не зарытых трупов. Гробов было мало. Весь 1942 год ленинградцы продолжали массово умирать от последствий голода и дистрофии, хотя нормы продуктов уже были приемлемые для жизни, т.к. действовало ж/д сообщение с «Большой землей».

Летом 1943 года наша в/часть стояла в Предпортовой. В августе 1943г. я взял увольнительную и отправился в Ленинград к родственникам, мне они рассказали, как жили мои родители во время блокады, и посетил дом, где родители жили. Их квартира была в здании во дворе. Я вошел под арку во двор. Во дворе стоял дом, а вернее, его фасад. В подъезде поднялся по лестнице на второй этаж, а там была пустота, квартиры и стен не было. После смерти родителей в дом попала бомба или снаряд.

После демобилизации в 1947 году я посетил Ленгорсовет, была комиссия по розыску и учету погибших ленинградцев, мне подтвердили даты смерти моих родителей, но на каком кладбище они захоронены, сведений не было. В 60-е годы, когда было благоустроено мемориальное Пискаревское кладбище, я его дважды посетил. А в 1986 году на первой встрече однополчан 51-ПАБр в количестве 42 человек мы первым долгом посетили Пискаревское кладбище. В 1991 году племянница моей жены, проживающая на Гражданке, была на Пискаревском кладбище и зашла в контору кладбища при входе. Оказалось, что имеется список захороненных, в нем есть фамилии моих родителей, она мне об этом сообщила. Я с супругой Тамарой Федоровной и старшей дочкой Ниной приехал на Пискаревское кладбище, получил удостоверение о смерти моих родителей и их захоронении.

Через 60 лет я узнал, где похоронены мои родители, погибшие от голода во время фашистской блокады Ленинграда. Мы нашли эти могилы, поклонились им и возложили букеты красных гвоздик. Папина могила №24, декабрь 1941г., мамина могила №23, январь 1942г. Я еще один раз в 1995 году посетил Пискаревское кладбище. Потом по состоянию здоровья не смог больше посетить могилы своих родителей. Теперь я снял копии с удостоверения и отдал всем четырем своим детям. Пусть они смогут посетить могилы своих дедушки и бабушки, покоившихся в этой огромной братской могиле. Трудно представить себе, что под ногами посетителей лежит более 200 тысяч человек. Могилы символические, только примерно расположены по времени захоронения, ведь под дорожками тоже лежат тела погибших. Вечная память ленинградцам, погибшим в блокаду!

Автор

Владимир Симаненок

Ветеран ВОВ, мемуарист, родился 22 апреля 1922 года в г. Красногвардейске, как в то время называлась Гатчина. Несмотря на то что Владимир Павлович был прикован к постели, он продолжал писать свои воспоминания. Ушёл 20 марта 2016года, не дождавшись своего «ленинского» дня рождения 22 апреля и любимого Дня Победы.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *