По улице не спеша шел кот…

По улице не спеша шел кот. Ему не мешала слякоть, он чувствовал потепление и думал, что сегодня он не замерзнет, пока охотится, и возможно поймает что-то на обед и не придется довольствоваться супоподобной кашей с привкусом рыбы, которую выносит сердобольная старушка ко входу в подвал.

Его день проходил как обычно, он привычно обошел дом вокруг и теперь проходил мимо книжного в сторону круглосуточного магазина, хотя сегодня там вряд ли будет ажиотаж, как неделю назад, но вдруг… На прошлой неделе пьяные мужики угощали его сушеной рыбой и странными, но очень вкусными колечками. Они что-то праздновали: то ли День защиты какой-то матери, то ли День родины защитников. Но в любом случае, когда люди празднуют, они обычно щедрые, если, конечно, вовремя подойти. Чуть запоздаешь, и уже не то что еды, а скорее пинка получишь. Он, правда, никогда не получал пинка, но говорили, это больно. Определить степень доброты можно по количеству прозрачной жидкости в бутылке, которая стоит между ними. Нужно подходить примерно на середине.

Но что-то сегодня добрых мужичков не было, значит, надо идти сначала проверить магазинные мышеловки, а уж потом можно попытать счастья под деревом. Может, удастся схватить слишком зазевавшегося воробья или даже голубя!

В мышеловках было пусто, даже сыра уже не было или еще не было. Последнее время чаще стали встречаться какие-то пищащие агрегаты, которые распугивали всех мышей. Люди становились все злей и злей. Ну чем им не нравились мышеловки, я уже молчу про древнюю традицию содержания котов! В общем, надо идти под дерево, там как раз насыпают птичий корм.

Под деревом было наверно десятка два воробьев и пара голубей, они толпились и дрались за пшено. Хотя драка была только ради порядка: пшена хватило бы, чтобы накормить раза в два больше птиц, и еще бы осталось. Кот медленно подкрадывался со стороны кустов, все его внимание было сосредоточено на одном из голубей. На лапке голубя была привязана какая-то металлическая пластинка, и он немного прихрамывал. Кот уже был готов прыгнуть, когда вдруг почувствовал резкую боль, его отбросило в сторону:

— Вишь чо удумал, паразит! — прикрикнула на него та самая сердобольная бабушка, которая выставляла супчик к окошку подвала. Теперь кот понял, что его отбросило ударом ее клюки.

От обиды и боли кот не сразу смог сообразить, что он так и лежит на земле. И это к ней он ластился и ждал каждого ее выхода?! Раньше она ни за что бы его не ударила, ну замахивалась, ну и что! Он огляделся вокруг, посмотрел на свой родной двор.

Вот там он играл котенком, а там впервые знакомился с домашней кошечкой. А там раньше жила его хозяйка. Но однажды она не пришла домой, вместо нее пришла эта старушка. Сначала она кормила его у него дома, но потом пришли какие-то люди и унесли всю мебель. А потом, даже страшно вспоминать, его просто выставили! И теперь там жили чужие люди, он пробовал туда забежать, но его прогоняли, не агрессивно, но настойчиво выставляли за порог. Правда, иногда и подбрасывали поесть, но он больше не мог спать на теплом коврике у батареи, теперь он спал на теплой трубе в подвале. Его чистая шерстка стала настоящей шкурой, сначала было неудобно, зато потом он привык, и она не так сильно пачкалась, как раньше. Подумаешь, была чуть жестче. Он привык. Его много кто подкармливал, он был единственным котом этого двора, иногда, правда, наведывались заезжие квартиранты, но ненадолго. У некоторых он многому научился, например, фокусу с мышеловками и то, как клянчить подачки у пьяных. Но сам он никогда не думал о том, чтобы покинуть свой двор. А зачем уходить? Здесь тепло, кормят и есть люди, которые ему рады. Но таких людей становилось все меньше. Вот и старушка стала больше симпатизировать птицам.

— Может, стоит уйти?! — такая мысль впервые возникла в его голове, но один раз возникнув, она уже не хотела уходить. — Я стану таким же бродячим наставником, как мои квартиранты.

Он никогда не спрашивал у них, что случилось и почему у них нет дома, он считал это невежливым, но иногда они рассказывали о своих домах. Но никогда о том, что случилось. Истории некоторых были похожи на его до того момента, когда он стал жить во дворе. Они тоже рассказывали о своих хозяевах, о том, как они спали в ногах хозяйской постели, ели из их тарелок, играли с «мышами» на веревочке. А потом… потом они сидели молча.

Кот встал. Его тут же пронзила боль в левой лапе, он скрючился, но тут же выпрямился, пошел в сторону дороги, в соседний двор. Затем в следующий, к вечеру он оказался уже довольно далеко от дома. Он залез в подвал, там уже сидело несколько других котов и собака.

— Пустите переночевать странника? — спросил он

— А что ты умеешь? — спросил один из них

— Что умею, тому научу, — ответил он дежурной фразой котов, которые раньше приходили в его подвал, вот также под вечер. Иногда хромающие, иногда с облезшей шерстью, а иногда и с чистой шерсткой и «домашней» осанкой. Он не отказал никому.

— Входи, можешь спать на той трубе, там помягче, — ответил самый старый из котов, задержав взгляд на его лапе.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *